Идея провести время в Лос-Анджелесе показалась Люциферу внезапной, но заманчивой. Вечность в преисподней начала навевать тоску, однообразие пламени и стонов приелось. «Почему бы не сменить обстановку?» — мелькнула мысль. Город ангелов, ирония судьбы, казался идеальным местом для небольшого отпуска.
Он материализовался в самом сердце мегаполиса, приняв облик светского предпринимателя. Деньги, разумеется, не были проблемой. Вскоре на одной из оживленных улиц Вест-Голливуда открылся новый, ни на что не похожий ночной клуб «Inferno». Интерьер сочетал в себе роскошь и легкую, едва уловимую брутальность: приглушенное бархатное освещение, стены, напоминающие потрескавшуюся вулканическую породу, и музыка, которая проникала прямо в кровь. Место мгновенно стало сенсацией, точкой притяжения для искателей острых ощущений, знаменитостей и тех, кто жаждал чего-то выходящего за рамки обыденного.
Именно здесь его путь пересекся с детективом Авой Мендосой. Она расследовала цепочку странных инцидентов в округе — дела, где логика, казалось, отказывалась работать. Высокая, с цепким, аналитическим взглядом, Ава пришла в клуб не для развлечений. Ее интересовали слухи о владельце, человеке, о котором не было никаких данных, но который будто бы появлялся из ниоткуда.
Их первая встреча была случайной у барной стойки. Он предложил ей фирменный коктейль «Падение», она сухо отказалась, предъявив жетон. «Рутинная проверка, мистер…?» — «Люциан, — представился он с обворожительной, но холодной улыбкой. — Люциан Морн. Чем могу быть полезен правосудию?»
Его манера держаться — уверенная, с оттенком древней, необъяснимой усталости — сразу насторожила Аву. Он был слишком безупречен, слишком спокоен. В его глазах, казалось, отражались не огни неоновых вывесок, а что-то бездонное и старое, как само время. Ее профессиональное чутье, которое редко подводило, сигнализировало: этот человек — не тот, за кого себя выдает.
Расследование Авы постепенно заходило в тупик, но каждое новое дело необъяснимым образом возвращало ее к «Inferno» и его загадочному хозяину. Он же, в свою очередь, находил странное удовольствие в этой игре. Века власти и поклонения наскучили. А здесь, в лице упрямого детектива, он нашел неожиданно сложную головоломку, живое противоядие от скуки. Он ловил ее изучающие взгляды, намеренно ронял двусмысленные фразы, наблюдая, как ее ум пытается сложить разрозненные кусочки в невозможную картину.
Между ними завязалась опасная игра кошки и мыши, где роли постоянно менялись. Он развлекался, привнося в ее упорядоченный мир хаос и сомнения. Она, движимая инстинктом и долгом, пыталась докопаться до сути, даже не подозревая, какую бездну приоткрывает. А вокруг них пульсировал ритм города ангелов, где в тени небоскребов и сиянии огней разворачивалась их личная, сюрреалистическая битва — где один играл, чтобы убить время, а другой рисковал всем, чтобы постичь истину.
