Декстер Морган открывает глаза, и мир медленно возвращается в фокус. Пустота. Тишина. Потом — острое, леденящее осознание: Гаррисона нет. Его сын, его мальчик, исчез, не оставив ни намёка, ни следа. В груди что-то сжимается, холодное и тяжёлое — не просто тревога, а знание. Знание того, через какие тени, через какой ужас, должно быть, прошёл его ребёнок, пока он сам был в небытии. Медлительность, слабость после комы отступают перед новой, всепоглощающей целью. Он должен найти его. Он должен всё исправить. Что бы это ни стоило.
Нью-Йорк встречает его оглушающим гулом. Город, который не знает пауз, не признаёт тишины. Здесь, среди бесконечного потока людей и машин, Декстер начинает свой поиск. Каждый день — это попытка вычислить, угадать, почувствовать, где мог скрыться Гаррисон. Он движется по серым улицам, вглядывается в лица, и его собственная, давно усмиренная тьма шевелится где-то внутри, откликаясь на хаос мегаполиса. Он не убийца сейчас. Он отец. Но разница иногда кажется призрачной.
Именно в этот момент, когда кажется, что можно раствориться в анонимности большого города, появляется Анхель Батиста. Старый друг. Бывший коллега из полиции Майами. Его добродушное лицо теперь — маска, за которой Декстер с первого взгляда видит вопросы. Не праздное любопытство, а целенаправленный, профессиональный интерес. Прошлое не похоронено. Оно дышит ему в спину, оно настигает его здесь, среди небоскрёбов. Вежливая улыбка Батисты, его непринуждённые расспросы о жизни, о планах — всё это звенья одной цепи. Кто-то что-то вспомнил. Кто-то начал копать. Покой, которого он так жаждал для себя и сына, оказался иллюзией.
Гаррисон, его мальчик, уже не мальчик. Он вырос в его отсутствие, закалённый испытаниями, которые Декстер не может себе даже fully представить. Их воссоединение лишено пафоса. Это две половинки одного сломанного механизма, которые с трудом пытаются снова соединиться. Они говорят мало. Они больше молчат, и в этой тишине — общее понимание своей природы, той самой тьмы, что живёт в них обоих. Они пытаются строить новую жизнь в Нью-Йорке, притворяться обычными людьми, но город, с его собственным ритмом и жестокостью, будто испытывает их на прочность.
А давление растёт. Вопросы Батисты становятся конкретнее. В городе происходят события, которые странным, необъяснимым образом затрагивают их самих. Они оказываются не просто в беде, а в самом центре водоворота. Угрозы приходят и из прошлого, и из настоящего. Выходов, кажется, нет. Бежать? Скрываться вечно? Сражаться в одиночку? Каждый из этих путей вечёт к гибели или разлуке.
И тогда, в самый отчаянный момент, приходит ясность. Единственный шанс — не бежать друг от друга. Не прятаться поодиночке. Единственный возможный выход — это идти сквозь этот шторм вместе. Отец и сын. Со всей своей болью, своими ошибками и своей унаследованной, страшной силой. Они должны довериться друг другу, как никогда раньше. Потому что только так можно противостоять и прошлому, которое настигло, и будущему, что грозит окончательно их поглотить. Их путь — не к свету, в который они уже не верят. Их путь — через саму тьму, но рука об руку. Это их выбор. Их последний и единственный шанс.
